Екатерина Семёновых: «В медицине не бывает неважных специалистов»
Екатерина СЕМЁНОВЫХ переехала в наш Заречный и возглавила МСЧ №32 в конце прошлого года. За плечами – работа в районной больнице, руководство межмуниципальным центром, организация ковидного госпиталя, управленческий и клинический опыт. Наш первый разговор с ней – о кадрах, оборудовании, социальных сетях и том, почему в медицине не бывает «неважных» специалистов.
- Екатерина Владимировна, расскажите Заречному немного о себе, пожалуйста!
– Я родилась и выросла в Кировской области. Высшее образование получила в Кировской государственной медакадемии, там же окончила ординатуру. По окончании стала участником программы «Земский доктор» – уехала работать в соседний регион, в Удмуртию. Там прошла большая часть моего трудового пути, с 2012 по 2025 годы, от заведующей детским отделением до главного врача большого межмуниципального центра.
Более шести лет я проработала заместителем главного врача по лечебной работе, а затем возглавляла два учреждения подряд. Сначала – небольшую районную больницу. А во время пандемии, когда не хватало специалистов, меня перевели в крупный межмуниципальный центр, где нужно было организовать ковидный госпиталь на 230 коек. Это был огромный объём работы и замечательный коллектив – с ним у меня сохранились дружеские отношения.
В Заречный я приехала с должности заведующей отделением переливания крови. Для меня это – новый опыт. Ранее я всегда работала в учреждениях, подведомственных Минздраву России, а в структуре ФМБА – другой формат задач, немного другие цели. Но приоритет остаётся прежним – создание доступной и качественной медицинской помощи для населения.
– А врачебная специальность у Вас какая?
– Я педиатр. Затем прошла первичную переподготовку по организации здравоохранения. Позже получила ещё один сертификат – по трансфузиологии (переливание крови). Работая руководителем, я всегда совмещала административную деятельность с практикой: дежурила, занималась вопросами переливания крови. Сейчас у меня перерыв, но я планирую вернуться к приёму – не хотелось бы терять квалификацию. Доктор ценен тем, что его знания поддерживаются на протяжении всей карьеры.
– Сможете совмещать руководство и работу врача?
– Раньше мне это удавалось. Я не говорю про полноценный амбулаторный приём – это помощь коллегам: дежурства, подмена в период отпусков. Для меня важно поддерживать профессиональную форму. Не хотелось бы, чтобы три моих действующих сертификата просто лежали – ведь это знания и возможность приносить пользу.
– А из Ваших медицинских специальностей какая для Вас дороже всех?
– Каждая специальность ценна по-своему. В медицине нет неважных специалистов. Но люди, которые всегда стоят на грани между жизнью и тяжёлым исходом, – это сотрудники реанимации. Их работа – это огромный стресс, большая нагрузка, большой объём знаний, коллегиальные решения. Поэтому для меня наличие службы реанимации и интенсивной терапии в медучреждении – принципиально важный момент. Я и сама мечтала стать анестезиологом-реаниматологом, но обстоятельства сложились иначе.
– Что Вас сподвигло переехать в Заречный?
– Это было серьёзное решение. У меня был почти двухлетний перерыв в управленческой работе. За это время я прошла стажировку в научно-исследовательском институте, дополнительные циклы обучения. Развивала те направления, которые считала «слабым звеном». Например, взаимодействие с медиа – ведь сегодня коммуникация и с жителями, и с коллективом во многом происходит через медиа, и этот навык важен.
Два года я работала над собой – и мне хотелось применить новые знания. Поэтому, когда около года назад поступило предложение о работе в Заречном, я приняла решение, что хочу вернуться к управленческой деятельности.
Честно скажу: я человек, который прикипает к месту и людям. Решение переехать было осознанным, но даже для меня – в чём-то неожиданным.
– А раньше Вы бывали в Заречном?
– Нет. Я приехала и сразу приступила к работе. Впечатлений о городе у меня пока немного – я вижу его в основном в темноте, утром по дороге на работу и вечером с работы. Город компактный, и это плюс. Близость к центру региона – преимущество и в плане маршрутизации пациентов, и для личного удобства. В целом для жизни здесь всё есть.
– Какие особенности Вы увидели в работе медсанчасти?
– В структуре ФМБА важный приоритет – взаимодействие с предприятиями «Росатома» и медицинское сопровождение большого коллектива градообразующего предприятия. Межмуниципальное взаимодействие выстраивается немного по-другому, учитывая, что ФМБА – это отдельная структура. Учредитель организаций, где я работала раньше, находился в регионе, в шаговой доступности – а у МСЧ №32 он в Москве. Это означает и частые командировки – приходится быстро принимать решения, иногда буквально в течение нескольких часов быть на месте. При этом я не очень люблю летать, но с момента приезда в Заречный уже дважды летала в Москву.
– Говорят, в учреждениях Минздрава зарплаты выше, чем в нашей медсанчасти, поэтому медики переходят в Белоярку и Асбест. Вы с этой проблемой уже столкнулись?
– Уровень средней зарплаты согласно «майским указам» Президента РФ едины как для учреждений Минздрава, так и для ФМБА. Существенной разницы в уровне оплаты я не увидела. Не могу сказать, что наши доктора чем-то обижены в этом плане.
Отток кадров есть. Болезненный пример – ситуация с детским офтальмологом: в декабре к нам пришёл новый доктор, отработал в сумме три недели и – увольняется. Причина, озвученная мне, – недостаточная оснащённость кабинета: специалист хотел получить кабинет «под ключ» сразу.
Мы понимаем проблему с оборудованием, работаем над дооснащением. Сделали и заявку на тот самый прибор – кстати, такой есть в кабинете взрослого офтальмолога, и при необходимости им можно пользоваться. Но закупочные процедуры требуют времени – тем более что в ФМБА медицинских учреждений очень много, и там, конечно, расставляют приоритеты. Если будет стоять вопрос, закупить ли какой-то больнице аппарат ИВЛ в реанимацию или аппарат в кабинет офтальмолога, выбор будет не в нашу пользу.
Есть и ещё одна объективная сложность: мы подчиняемся приказам по маршрутизации в регионе, но не являемся учреждением, подведомственным Минздраву Свердловской области. Это создаёт определённые нюансы взаимодействия. Отсюда, например, и особый для зареченцев порядок в части зубного протезирования – это тоже болезненный вопрос. Однако такие вопросы возникают практически в каждом регионе, где пересекаются разные структуры – Минздрав и ФМБА. Но хочу подчеркнуть: система маршрутизации пациентов, когда человека перенаправляют в другую больницу, где ему окажут квалифицированную помощь, у нас работает.
– Возвращаясь к кадрам – как, на Ваш взгляд, их удержать?
– Есть данные социологического опроса, в котором участвовало более 500 выпускников медицинских вузов. При выборе места работы на первом месте для них – оснащённость рабочего места, на втором – атмосфера в коллективе, и только на третьем – заработная плата.
Сегодня студенты-медики учатся на клинических базах с современным оборудованием – КТ, МРТ и другим высокотехнологичным оборудованием. Это большие областные учреждения, и по оснащению их нельзя сравнить с маленькой районной больницей. И когда выпускники приходят в такую районную больницу, они удивляются: «Когда меня учили, у нас были отдельное КТ, МРТ и прочее – а вы меня садите в кабинет, где я, пациент, стол и компьютер. Что я тут буду делать?».
Но вернёмся на 20 лет назад. Тогда врач опирался прежде всего на клинический осмотр, за КТ нужно было ехать в Москву или Санкт-Петербург. А сейчас в крупных районных больницах есть то, что когда-то относилось к разряду высоких технологий, и доктора во многом рассчитывают на инструментальные методы. Мышление, подход к образованию меняются каждое десятилетие. И переоснащение идёт, просто не так быстро, как хотелось бы.
Конечно, молодёжь привлекает возможность использования высоких технологий. Но наши целевики – их у нас сейчас 29 человек, включая ординаторов – понимают, что у нас взаимные обязательства и видят эти тонкости. С другой стороны, я сама когда-то приехала работать в маленькую районную больничку и до сих пор использую клинические навыки, которые там получила. В определённые моменты, чтобы поставить предварительный диагноз, мне не потребуется ни КТ, ни рентген. То есть такая работа даёт практический навык и опыт.
– К слову о целевиках – кто-то придёт к нам в этом году на работу?
– В этом году ординатуру должны окончить врач-кардиолог и врач-уролог, ждём их в МСЧ.
– А что будет с офтальмологом?
– Вакансия у нас есть, кадровая служба ежедневно отслеживает рынок труда. Пока мы привлекаем специалистов из соседних районов, но начало года – период высокой нагрузки. Рассматриваем разные варианты. Взрослый офтальмолог остаётся, экстренная помощь обеспечена. С детской службой сложнее, пока будем работать в ручном режиме.
Ещё хочу рассказать, что мы запускаем систему обзвона пациентов для подтверждения записи к востребованным узким специалистам – как невролог, эндокринолог, офтальмолог. Дело в том, что записаться к ним сложно, при этом 15–20% записавшихся на приём не приходят и не отменяют запись. У врача в расписании получается «зебра», а другие пациенты теряют возможность записаться. С марта планируем обзванивать записанных накануне приёма.
– А в целом какие сильные и слабые стороны Вы видите в медсанчасти?
– Сильная сторона – коллектив. Он устоявшийся, немало сотрудников с единственной записью в трудовой книжке. Средний возраст врача – 43-46 лет, это очень хороший показатель. Коллектив – это первое, о чём я говорю, потому что именно эти люди делают свою работу каждый день, чтобы обеспечить качественное оказание медицинской помощи.
Слабая сторона – вопросы взаимодействия с пациентами. Например, сегодня я пришла в поликлинику, а у лифта стоит четыре человека, и все – в верхней одежде, хотя гардероб работает. Это значит, они начнут раздеваться уже в кабинете… Или ситуация «мне только спросить», когда во время приёма открывается дверь – это, конечно, вызывает раздражение и конфликты, а возможно, и последующее эмоциональное обсуждение в соцсетях… А ведь это – вопрос взаимного уважения.
Ещё одна коллизия – ситуация с категориями граждан, которые имеют право на внеочередной приём: участники СВО, инвалиды, почётные доноры и другие. Когда к кабинету одновременно подходят несколько человек, у одних – право зайти без очереди, у других – электронная запись, и каждый заявляет о своём праве, врач оказывается в сложной ситуации. Это тоже – вопрос взаимного уважения и диалога.
– А внутри коллектива сейчас есть спокойствие?
– Работа идёт в обычном режиме: поликлиника работает, стационар принимает пациентов. Внутренние волнения чаще связаны с организационными и финансовыми вопросами – ожиданием утверждения планов, изменениями в нормативных документах. Это рабочие процессы, многие повторяются ежегодно. Перед встречей с вами я как раз вернулась со встречи с коллективом: объясняла, что именно изменилось и почему. Потому что атмосфера в коллективе во многом зависит от стабильности.
Чтобы люди понимали, почему происходят изменения, нужна постоянная разъяснительная работа. Для меня принципиально важна обратная связь. Тоталитарный стиль управления – это не моё. Я выхожу к коллективу, общаюсь, хожу по отделениям, принимаю на личном приёме.
– Диалог есть?
– Он выстраивается. Я работаю здесь два месяца, конечно, пока не всех знаю по именам. Но заведующих отделениями, средний персонал уже знаю, и они знают, что могут обратиться ко мне напрямую. У большей части сотрудников есть мой личный номер телефона. Когда возникает недопонимание, важно вовремя развести ситуацию, чтобы она не ушла в социальные сети и не переросла в конфликт.
Если внутри коллектива нет диалога, это быстро выходит наружу. Люди уносят рабочие переживания домой – в семьи. Потом это возвращается обратно через знакомых, через разговоры, через соцсети. Поэтому эффективнее обсуждать проблемы внутри коллектива, чем потом читать их в интернете.
– Соцсети – это действительно отдельная история?
– Не только соцсети, а в целом – диалог с населением. Например, есть понятие врачебной тайны. При этом случается, что родственники наших пациентов, иногда даже из другого региона, пишут жалобы на врачей, требуют предоставить информацию – потому что они где-то что-то услышали или прочитали. Только за вчерашний день таких обращений было три. Мы обязаны соблюдать закон и тактично в предоставлении информации отказываем. Потом связываемся с пациентом – а он говорит, что у него всё нормально… По моему мнению, обсуждать чьё-то здоровье, диагнозы, действия врачей публично, в соцсетях или СМИ – это неэтично.
При этом и благодарностей немало. Но когда нам хотят сказать благодарность, этот пациент приходит сам, ногами – в соцсетях такое пишут редко.
– Екатерина Владимировна, какие Ваши ближайшие шаги как руководителя?
– Сейчас мы формируем стратегию развития учреждения на пять лет. Поскольку мы работаем в «атомном» городе, наша стратегия должна быть синхронизирована со стратегией развития территорий присутствия «Росатома». Черновой вариант у нас уже готов, сейчас идут процедуры согласования, а на май запланирована защита в Центральном аппарате ФМБА с участием «Росатома». Стратегия учитывает статистику за несколько лет, обращения граждан, болевые точки Заречного. После защиты и корректировок стратегии можно будет более предметно говорить о перспективах. Любая инициатива должна быть обоснована, вписана в процессное управление, в принципы бережливых технологий и, конечно, обеспечена бюджетом. Будем решать и точечные вопросы – с офтальмологом, со спортивным врачом и другие, но они не решаются мгновенно. Нужны ресурсы, подготовка специалистов, время.
В целом первый приоритет – кадры. Наши задачи – работа с выпускниками, целевой набор. Сейчас у нас вакансий – порядка 18–20%, это и врачи, и средний медицинский персонал. Надеюсь, что система целевой подготовки в ближайшие годы даст результат.
Второй приоритет – оснащение. Каждый врач считает свой кабинет самым важным, но мы обязаны расставлять приоритеты: есть направления, которые затрагивают сотни пациентов, а есть – значительно меньшую аудиторию. Решения должны быть обоснованы.
И третий приоритет – благоприятная внутренняя атмосфера. Каждый наш сотрудник должен чувствовать, что рядом – надёжное плечо, что он не один.
Алиса Мучник
1 Aufruf·1 hat geteilt
1 Aufruf
Отзывы
Мы в Телеграм