Те, кто выжил: истории спасённых животных от зооволонтёра из Заречного

сегодня в 16:22

2

0

Блоги Культура и искусство

Главный редактор

Мы ВКонтакте

Для меня как зооволонтёра очень важно не перегореть. Мы сталкиваемся с очень большим количеством боли, слёз и несправедливости. Чтобы не сойти с ума, я собираю фотографии животных, которым нам удалось помочь. Мы так устроены, что забываем завершённые дела и фокусируемся на незаконченных – а просматривая эти фото, я напоминаю себе об успешных историях. Смотрю на котят, которые пристроены, на фото из подвалов, которые потом превращаются в фото из ветеринарных клиник, а потом и в домашние приветики.
Михалыч
Начать хочу именно с него – для меня эта история переломная. Михалыч стал первым, с кем я взяла ответственность за принятие решений на себя.
Я приехала на одну из наших передержек, а на скамейке у подъезда меня ждал кот. Складывается впечатление, что коты в подвале посовещались и решили, что ему нужно выйти и дождаться именно меня. Увидев меня, он сел, посмотрел мне в глаза и чётко заявил о своём желании поехать со мной.
Он весь был в открытых язвах, шерсти не хватало, истощен, из глаз и пасти что-то лилось, а запах… Я договорилась с котом, чтобы он подождал меня минут 10–15, пока я приберусь, покормлю животных и вернусь к нему с переноской. Кот дождался, но трогать его без перчаток было страшно. Я поставила перед ним переноску и попросила зайти самостоятельно – что он и сделал.
Я понимаю людей, которые проходят мимо больного животного на улице – это гнетущее зрелище со страшным «ароматом». Кажется, помочь уже почти невозможно или потребуется огромное количество денег. Но, на самом деле, в большинстве таких случаев требуется только время, терпение и пара тысяч рублей. К сожалению, это осознание приходит только спустя десятки подобных случаев.
К вечеру выяснилось, что у кота тяжёлая форма кожного заболевания, но в соседнем дворе есть женщина, которая купила для него препарат и уже обработала. Этот кот уже много лет гуляет на улице, но в последнее время здоровье его подводит. Помимо обработки от кожных клещей, нужно было срочно обработать все открытые раны, разобраться с гниющими зубами и, конечно, кастрировать кота, чтобы он перестал участвовать в уличных драках и получать новые травмы. Когда кот приехал на передержку, и она вся пропахла сладковатым запахом гниющей кожи и зубов... Через 7 дней кот попал к хирургу, некоторые зубы ему удалили, кастрировали.
Позже из-за своего запаха он переехал на отдельную благоустроенную передержку в частный дом одного из волонтёров. И тут начал выдавать симптомы сразу трёх хронических заболеваний... Такое часто случается, когда животное попадает в безопасные условия. Два месяца он исправно принимал все уколы и таблетки. Раны затягивались, шерсть обрастала – болезни отступали.
Нашлась и прежняя хозяйка Михалыча. Ею оказалась старушка, которая не видела в страшных симптомах ничего критичного и продолжала ежедневно выпускать кота «погулять» – он ведь так это любит! Как бабушка жила с гниющим заживо котом – непонятно. Мы хотели было вернуть животное, но прекращать самовыгул бабуля не планировала – а мы вложили в Михалыча столько времени, денег и любви, что возвращать его, по сути, на верную гибель не стали. Впрочем, и с той стороны сильного огорчения нашему решению не было.
Кот уехал к волонтёру в стаю.
Сын из гнезда
В одном из дворов Заречного много лет живут кошки. Волонтёры несколько раз в год вылавливают оттуда новеньких и кастрируют, но поток не прекращается: кошки приходят туда со всех уголков Заречного, а ещё и недобросовестные люди приносят туда своих животных на «дожитие». Среди всей стаи выделялась одна особо хитрая кошка, которую не могли поймать не один год. И этим летом так же: уже беременную кошку не брали ни ловушки, ни сачки, ни успокоительные препараты – она ловко всё обходила и продолжала гордо смотреть на нас в ожидании новых способов её поймать. Когда мы увидели уже спавший кошкин живот, поняли: она успела родить в одном из подвалов округи. Дали ей время выкормить малышей. Но спустя месяц кошка начала появляться с признаками опасного заболевания, и больше медлить было нельзя, да и малыши уже окрепли.
Её логово мы нашли – прямо у подъезда, под кустом хосты, была аккуратная ямка, в которую мамочка сложила старое птичье гнездо из сена, и в нём, в тепле и сухости, – один чёрный малыш. Мы приняли, возможно, жестокое, но единственно правильное решение: положили малыша в безопасный мешок и подвесили его в клетке… Только на плач котёнка мама зашла в клетку – мы её поймали!
Кошке в срочном порядке мы прооперировали рану в пасти. Котёнка также срочно обработали от паразитов – это уже угрожало его жизни.
Через месяц малыш уехал жить свою лучшую жизнь. Родиться в подвале, а попасть в дом с собственным прудом – такая судьба стоила каждой ночи, которую волонтёры провели в этом дворе!
А мама-кошка продолжает жить на передержке. Со временем мы прооперировали ей полную кист матку, долечили зубы и дали возможность жить в тепле и безопасности.
Рокки
Рокки – это единственный выживший щенок своего помёта. Сколько их родилось, неизвестно: заявители говорят, что видели около четырёх, но их судьбу мы уже не узнаем. Их мама – опытный выживальщик: не один год она кормилась возле трассы, прятала помёт глубоко в заброшенных полях и выкармливала щенят.
Ловить дикую собаку в поле – это самое тяжёлое, что бывает в зооволонтёрстве. Даже если выстрелить в неё дротиком со снотворным, оно начинает действовать через 10–15 секунд, а за это время собака умудряется на адреналине убежать так далеко и так ловко спрятаться, что её поиски – это целая эпопея. Но тут собаку подвёл щенок: когда прилетел дротик, малыш испугался и побежал за мамой, выдав её местоположение.
Мама успела объяснить щенку, что человек хуже любого зверя – довериться равно погибнуть. Таких щенков мы называем «тревожниками»: при виде человека они замирают, смотрят в пустоту, и это продолжается годами... Они обречены жить в приютах в дальнем углу. Им даже не всегда достаются лакомства и еда: пока все щенки бегут встречать волонтёров и разбирают еду и внимание, эти жмутся в дальний угол и стараются сделать вид, что их не существует.
Я забрала его к себе домой практически сразу с операционного стола. Семь месяцев у меня ушло на то, чтобы Рокки взял у меня из руки лакомство. В марте я вышагивала по высокому снегу, Рокки шёл позади меня, и я случайно валенком ударила его по морде… У него случился сильный откат. Он воспринял эту случайность как предательство, снова перестал смотреть в глаза и начал вжиматься в пол при виде людей...
Сейчас, спустя год, это самый жизнерадостный пёс на свете. Он встречает меня первым, понимает речь без команд, всегда рад всем животным, которые попадают к нам на передержки, и оказался отличной няней для котят.
Как помочь?
нашу группу
Жанна Черменинова